Колоратура

КОЛОРАТУРА (итальянский - coloratura, буквально - украшение, от латинского coloro - красить), виртуозные, технически трудные пассажи и мелизмы в сольной вокальной партии. Синоним колоратуры - рулада (необязательно в сольной партии). Сходный по смыслу термин юбиляция употребляется главным образом по отношению к мелодическим распевам в хоровой партии. В европейской музыке средних веков и эпохи Возрождения колоратура применялась в одноголосии (аллилуйя в различных локальных традициях григорианского хорала) и в многоголосии как элемент импровизации (мотеты, мадригалы, шансон и др.). Вокальные и инструментальные мелодические украшения вплоть до 17 века строго не различались, назывались диминуциями (от латинского diminutio - уменьшение, размельчение); другие названия - латинский flores (цветы), итальянский fioretti (цветочки), испанский glosas (глосы). Певцы и инструменталисты по своему усмотрению дробили (диминуировали) основные тоны мелодии на группы мелких нот. Широкое применение колоратуры в многоголосии затрудняло восприятие музыки, поэтому начиная с 16 века, колоратуру вводили в каждом отрывке преимущественно только в одном из голосов, а в басу их число ограничивали.

Реклама

Важнейшее значение колоратура приобрела в итальянской опере, став уже в середине 17 века составной частью арии. Колоратура располагалась преимущественно в конце каждого из разделов арии и состояла из трелей, пассажей широкого диапазона, скачков на широкие интервалы, мелодических секвенций и т.п. Колоратура включалась во все оперные партии - от исполняемых певцами-кастратами и женскими голосами до партий басов-буфф, под влиянием оперы стала широко применяться в кантате, в новом качестве возродилась в духовных жанрах (в том числе в оратории, мессе, пассионах, где предусматривались сольные арии и ансамбли). Хотя в начале 17 века некоторые композиторы сами выписывали колоратуру в нотах («Смерть Орфея» С. Ланди, 1619), обычно певцы импровизировали колоратуру сверх задуманных автором музыки; колоратура со временем стала утрачивать выразительное значение, превращаясь в самоцель, в средство демонстрации технических возможностей певца. В лучших образцах итальянской оперы (в 19 веке - у Дж. Россини, В. Беллини, Дж. Верди) использование колоратуры является внутренне оправданным, служит характеристике героев. Во французской опере, где музыка, как правило, более тесно связана с текстом, колоратура нашла ограниченное применение и использовалась главным образом для специальных художественных задач (например, в связи с ориентальным характером музыки в опере «Лакме» Л. Делиба). В немецкой и австрийской опере колоратура приобрела существенное значение лишь в отдельных сочинениях («Похищение из сераля», «Волшебная флейта» В. А. Моцарта; «Оберон» К. М. фон Вебера). Под влиянием художественной концепции Р. Вагнера, осудившего колоратуру как элемент «недраматический», композиторы 19 века стали избегать колоратуру. В 20 веке колоратура вновь стала важным выразительным средством в творчестве Р. Штрауса, возродившего некоторые оперные формы 18 века («Ариадна на Наксосе»), встречается и в операх представителей новой музыки («Лулу» А. Берга). Образцы колоратуры в русской музыке - в операх «Жизнь за царя», «Руслан и Людмила» М. И. Глинки, «Сказка о царе Салтане», «Золотой петушок» Н. А. Римского-Корсакова.

В связи с практикой колоратурного пения сформировалось понятие «колоратурных голосов», способных легко и свободно исполнять мелодические украшения. В 18 веке в качестве исполнителей колоратурных партий славились итальянские певцы-кастраты Каффарелли и Фаринелли, а также певица Ф. Бордони и др., в 19 веке - А. Патти, с конца 20 века - Ч. Бартоли. В России известность получили Н. И. Забела-Врубель, А. В. Нежданова, В. В. Барсова, Е. К. Катульская и др.

В классической музыке Востока встречаются своеобразные формы колоратуры (например, у армянских и азербайджанских ашугов).

Литературу смотри при статьях Орнаментика, Пение.

Связанные статьи